Почему бы не поступиться?
Дорогой Рабби Белинский!
Я с большим уважением отношусь к работе по приближению нашей общины к еврейской культуре. Но у меня возникает вопрос: не думаете ли Вы, что в Вашу синагогу приходило бы больше прихожан, если бы Вы поступились некоторыми из ритуалов, проводимых в обычных синагогах. Я понимаю, что Вы сами - верующий человек и Ваши стандарты иудаизма высоки. Однако может для нас, не привыкших к еврейству, можно было бы понизить эти стандарты?
Ответ:
Спасибо за очень важный вопрос. Действительно, в предыдущих поколениях все евреи жили погруженными в еврейскую среду, и почти каждый еврей впитывал иудаизм с молоком матери. Сегодня же очень многие евреи оторваны от своей культуры, и поэтому им тяжело воспринять то, что было само собой разумеющимся для их бабушек и дедушек. Ожидать от такого человека посещения обыкновенной ортодоксальной синагоги - это все равно, что требовать от первоклассника восприятия курсов университета. Он еще к этому не готов. Он не понимает, что там происходит, и поэтому не видит никакого смысла в этих университетских лекциях.
К сожалению, очень многие образованные, эрудированные и культурные евреи нашего времени оказались в ситуации первоклассника в вопросах еврейства. Они еще не готовы пойти в «университеты», которыми им представляется большинство синагог. Им надо начинать сначала.
Проблема только в том, что многие из этих «университетов» упрямо замкнулись. Они не предлагают никаких поблажек тем, кто не соответствует их уровню. Они говорят, что их стандарты «приемных экзаменов» никак не могут быть изменены.
И действительно, в большинстве ортодоксальных синагог члены нашей общины чувствуют себя как первоклассники в университете.
________________________
Используя ту же аналогию с образованием, давайте рассмотрим варианты решения этой проблемы. То, что многие не могут поступить в эти «университеты» понятно, однако насколько эффективно было бы понижение стандартов их образования? Представляете, что было бы, если из-за того, что большая часть населения является малообразованной, ВУЗы объявили бы, что для получения доктората теперь предъявляются требования бакалавров. Всем очевидно, что это абсурдно - если все, на что студент способен, это степень бакалавра, то «бакалавр» и есть звание, которое ему нужно нести. Из-за того, что студенты неспособны постичь тригонометрию, мы не имеем права обучать их таблице умножения и называть это тригонометрией.
Идеология «понижения стандартов ориентируясь на слабейшего» очень схожа с подходом к американскому среднему образованию 20-го века, полный крах которого уже признан на всех уровнях. Отсталость американских средних школ не секрет ни для кого, а причиной этому является именно такое мышление. Считалось, что если в школах много отстающих, то необходимо понижать стандарты для того, чтобы все хорошо себя чувствовали и выглядели на высоком уровне.
Проблема этой идеологии заключается еще и в том, что если мы начинаем понижать планку требований образования, то студенты теряют ориентир своих стремлений, в результате мы уже не знаем, что является нормой, а что нет.
Однако, самый большой удар по образованию наносит тот факт, что, начиная понижать стандарты, мы заставляем себя продолжать их опускать все ниже и ниже. Так как студенты теряют ориентир своих стремлений, то отстающих учеников все больше и больше. Те, кто действительно способны, не имеют стимула для дальнейшего роста, а те, кто отстают в развитии, не имеют причины двигаться вперед – зачем им работать, они подождут, пока планка требований опустится до их уровня.
Эта идеология также хорошо сочетается с общим американским подходом к воспитанию детей: слова «нельзя» и «неправильно» произносить запрещено. Во многих штатах учителям давали инструкции не говорить «неправильный ответ», а «ответ требует доработки». Вот и получается: уравнение «2+2=5» требует доработки. Это значит, что стандарты нашего образования понизились настолько, что неправильных ответов вообще нет.
Реформистское и консервативное движения попали именно в эту ловушку. За последний месяц самый частый вопрос, который мне задавали члены нашей общины, был вызван тем, что консервативное движение иудаизма официально признало гомосексуализм нормой (реформистское движение его разрешало уже давно). «Как религиозное движение может разрешить это извращение?» - спрашивали меня.
Ответ совершенно прост. Они видят, что есть (давольно большая) часть евреев, кторая относит себя к сексуальным меньшинствам. Поэтому они стали понижать стандарты для того, чтобы привлечь в синагоги большее кроличество евреев. Они их понижали и понижали и теперь дошли до нового уровня их понижения.
И гомосексуалисты сами стали смотреть на консервативную и реформистскую синагогу, как ученики школы, которая постоянно понижает свои стандарты. Они наблюдали за тем, как в течение всей своей истории эти движения продолжали отменять законы Торы один за другим, и, в конце концов, пришли к своим раввинам с разумной претензией: почему вы разрешаете все остальные грехи, а наш нет? Зачем им стремиться вверх? Намного проще тебовать, что бы планка была опущена до их уровня.
Вы говорите, что консервативному движению нужно было здесь остановиться? Почему? Ваш сосед справа скажет, что им нужно было остановиться десять лет назад, а ваш сосед слева скажет, что еще не пора останавливаться. В каком месте стоит остановиться – это Ваше субъективное мнение. Религия должна основываться на принципах, а не на субъективных мнениях.
Так какого же решение проблемы «первоклассников в университете»? если мы не можем понижать стандарты обучения, как им получить свое образование?
Безусловно, ни один учитель вам не скажет, что мы должны забросить тех учеников, которые не вписываются в школы, дающие детям высокий уровень образования. Однако в то же время всем очевидно, что для того, чтобы иметь функционирующую систему просвещения, мы не можем понижать стандарты обучения.
На самом деле выход довольно очевиден. Не понижая стандартов, мы должны создать программы обучения для тех, кто находится в «первом классе». Мы должны ознакомлять людей с наукой, начиная с самых азов, но мы не имеем права опасаясь, что им наука покажется слишком сложной, обманывать их, и называть таблицу умножения высшей математикой. Мы не можем называть неправильные ответы правильными и выдавать докторат бакалавру. Тот, кто еще не достиг звания доктора наук, должен четко понимать, на каком уровне находятся его знания. И для некоторых этого будет достаточно - не каждый должен быть доктором. И если для него этого достаточно – пусть остается бакалавром. Однако, даже оставаясь на своем уровне, он не будет терять свой ориентир, и общий уровень науки не будет потерян.
Только что описанный «очевидный» выход из проблемы образования и есть метод работы движения Хабад (Любавич) в распространении еврейства. С одной стороны, мы никогда не понижаем наших стандартов. Мы не обманываем людей, говоря им, что Тора разрешает то, что на самом деле она запрещает. Мы не изменяем законов только ради того, чтобы сделать иудаизм более модным и получше суметь его «продать».
С другой стороны, наши культурные, образовательные и религиозные программы преподносят еврейство, таким образом, что оно становится понятно даже «первокласснику». Хабад смог создать синагоги, в которых, при соблюдении всех законов, каждый, даже совершенно не знакомый с иудаизмом еврей, чувствует себя удобно. Именно центры Хабада, как правило, являются местом первого знакомства с еврейством для большинства евреев в мире.
В таком подходе и заключается необычайный успех и популярность Любавического движения в мире в целом, и, как ни странно, среди евреев из бывшего Союза. Именно те, кто должны начинать свое знакомство с еврейством с самых азов, ценят Хабад больше всех.