Духовный смысл дара речи
Рабби Аха говорит: «Речи слуг отцов желанней,
чем Тора детей. История Элиэзера приводится в Торе дважды, тогда как многие принципы законов Торы передаются только намеками»
Мидраш
Люди любят говорить. Иногда кажется, что мы просто обязаны поделиться мыслью с окружающими, только тогда и признаем ее своей. Мы изобрели сотни языков и десятки средств связи – чтобы сказать то, что считаем нужным.
Наша возможность к самовыражению составляет самую основу человеческой жизни. Во 2-й главе книги Берешит Тора описывает создание человека: «И образовал Б-г Всесильный человека из праха земного и вдунул в ноздри его дыхание жизни, и стал человек существом живым» (Берешит, 2:7). Онкелос, делая комментированный перевод Торы на арамейский, перевел слова «и стал человек существом живым» как «и стал человек говорящим духом». Наши мудрецы в философских и кабалистических работах называют человека «говорящим». (Все творение мира делится на четыре «царства»: домем, «молчащие» или неодушевленные вещи; цомеах, «растущие» — растительный мир; хай – животный мир; медабер, «говорящий», то есть человек.
Не лучше ли определить человека на основе его ума или духовности? Конечно, умение общаться характеризует интеллект. В то же время характеризует и «духовность» – способность подниматься над собой и соотноситься с чем-то другим, отличным и, возможно, даже противоположным. Но у человека есть и другие способности, отражающие его духовность. Однако тот факт, что человека называют «говорящим», подразумевает главное: способность к говорению является существенным компонентом наших целей и задач в жизни.
Труд рта
Умение человека говорить – центральная идея в создании человека, этой теме посвящены следующие строки из Талмуда.
Рабби Элазар сказал: «Каждый человек был создан для того, чтобы трудиться, ибо написано: "Человек рождается для страдания" (Иов, 5:7). И все-таки я не знаю, создан ли был человек, чтобы трудиться ртом или совершать труд работы. Когда сказано: "Труженик трудится для себя, ибо заставляет его рот его" (Притчи, 16:26), – это говорит мне, что он был сотворен трудиться ртом. И все-таки я не знаю, был ли он сотворен выполнять труд Торы или труд говорения; когда сказано: "Да не отходит эта книга Торы от уст твоих" (Иеошуа, 1:8), – это говорит мне, что он был сотворен выполнять труд Торы» (Сангедрин, 99б).
При изучении Торы необходимо помнить о важном правиле: когда мудрецы выдвигают какую-то гипотезу, она остается «рабочей» гипотезой даже после того, как ее «отвергли» в пользу некой другой. Сам факт, что эта гипотеза рассматривалась как возможная, предполагает, что на каком-то уровне она истинна. Идеи, не содержащие истины ни на каком уровне, не рассматриваются вовсе (таким образом, рабби Элазар не говорит: «Я не знаю, был ли человек сотворен для труда или для развлечений»; когда строчка гласит «человек рождается для страдания», понятно, что он был сотворен для работы; то же происходит и с другими «отвергнутыми» предположениями). Если применить такой подход к приведенному выше, получится, что все три вида «труда» – «труд работы», «труд говорения» и «труд Торы» – являются составными компонентами цели, ради которой создан человек. Дело в том, что «труд рта» выражает более высокую степень этой цели, нежели «труд работы», а что касается «труда рта», «труд Торы» – более возвышенный, нежели «труд говорения».
Что же именно представляют собой эти три вида «труда»? Что, в частности, есть «труд говорения», и почему он выше, чем «труд работы», но уступает «труду Торы»?
Мир высказанный
«И я во плоти моей вижу Б-га» (Иов, 19:26), – гласит строка. Поскольку Б-г сотворил нас по Своему образу и подобию (Берешит, 1:27), мы можем созерцать Его «личность» (то, как он соотносится с сотворенным в мире), изучая деяния наших собственных душ. Верно и обратное: изучая сказанное в Торе по поводу того, как Б-г соотносится с нашим существованием, мы многое можем понять о личности человека, о его месте в сотворенном мире.
Описывая Б-жественный акт творения мира, Тора не говорит, что Б-г сделал мир, но что Он высказал его. «Сказал Всесильный: "Да будет свет" и стал свет» (Берешит, 1:3). «И сказал Всесильный: "Да произрастит земля зелень... и стало так"» (Берешит, 1:11). Равно обстоит дело и со всеми другими актами творения, каждый из которых, явно или скрыто, содержится в десяти речениях, с помощью которых Б-г сотворил мир (Пиркей Овот, 5:1, Рош а-Шана, 32а).
Создавая мир, Б-г делал то, что делаем мы, когда говорим – Он общался. Он проецировал себя на «аудиторию», на реальность, существовавшую (в Его восприятии) вне Его. Б-г, как и мы в процессе говорения, желал, чтобы Его собственные «мысли» и «чувства» обрели форму в чьем-то другом сознании и восприятии помимо Его собственного.
Говоря, мы подражаем Б-гу, когда Он высказывал мир в бытие. Мы тоже творим. Мы тоже простираемся за пределы реальности нашего собственного существования, чтобы воссоздать себя и наше видение реальности в душах, сердцах и делах других людей.
Усилие
Если мы считаем, что «говорение» – из уст Б-га и из наших уст – является синонимом «творения», мы начинаем понимать, почему «труд говорения» является первоосновой нашей уникальности как людей. Но сначала обдумаем слова «человек рождается для страдания».
Разумеется, это факт жизни и факт человеческой природы – как нечто значимое и приносящее удовлетворение мы воспринимаем лишь то, что добыто путем усилий и борьбы. Если у человека нет надобности трудиться, чтобы добывать себе на пропитание, он займется деятельностью, которая заставит его прилагать усилия для достижения поставленной цели. «Уход от дел» так или иначе разъедает тело и душу. Чтобы этого избежать, человек должен либо делать новую карьеру, либо поставить перед собой какую-то иную задачу. В конечном счете жизнь без усилий и не стоит того, чтобы ее проживать. Сказано нашими мудрецами, что не заработанные дары – это «хлеб стыда», который не приносит удовлетворения получателю (Бава Меция, 38а).
Почему же человек сделан именно таким? Конечно, Б-г, который является воплощением добра, «милостивый и милосердный» (Шмот, 34:6), мог бы сотворить мир, свободный от невзгод, создать человека иначе, чтобы жизнь в таком мире была значимой и полной свершений. Почему же он обрек человека на страдания, наделил его природой, которая жаждет борьбы и требует преодолений?
Дело в том, что если бы не требовалось прилагать усилий, человек был бы просто пассивным получателем даров Б-га. Он получал бы (будь таковой его природа) от этих даров удовольствие и удовлетворение, но его роль в созидании была бы ограничена ролью получателя. Если он не будет трудиться, не будет вынужден добиваться чего-то сверх того, что приходит без усилий, он не сможет быть «партнером Б-га по созиданию» (Шаббат, 10а), каковым Б-г желает его видеть.
Мы напрягаем силы и трудимся, когда на нашем пути возникают препятствия, когда необходимо изменить status quo. Деяние, не требующее усилий, полностью соответствует нынешнему распределению сил во Вселенной. Такому деянию никто и ничто не чинит препятствий, потому что само оно ничего не изменяет. Такое деяние, даже если его совершить под фанфары, по сути дела деянием не является.
Труд определяет ту точку, в которой мы перестаем быть просто получателями, принимающими мир таким, какой он есть, и начинаем вносить свой вклад в мир, сотворенный Б-гом. В этой точке мы бросаем вызов существующей реальности и начинаем действовать как партнеры Б-га в Его попытке выстроить мир таким, каким Он желает его видеть.
Развитие, созидание и выход за пределы
На самом базовом уровне мы достигаем партнерства с Б-гом через «труд работы» – через свои постоянные усилия, направленные на развитие созидательных ресурсов. Всякий раз мы пашем и сеем, чтобы получить из земли плоды; всякий раз мы преобразуем дерево, камень и другие материалы, чтобы выстроить дом; всякий раз мы извлекаем энергию из материи; мы трудимся. Это «труд работы», ибо мы боремся с инертным состоянием этих «сырьевых» материалов. Это работа Б-жеская, потому что мы помогаем Ему создать упорядоченный и цивилизованный мир из первоначального состояния «пустоты и нестройности» (Берешит, 1:2). Мы исполняем Б-жественную волю, выраженную в следующей строке: «Он утвердил ее, не (для) пустоты сотворил Он ее, Он образовал ее, чтобы населить» (Ишайя, 45:18).
Это, однако, самая примитивная степень партнерства с Б-гом: мы вносим вклад в Его работу, но делаем это на нижнем, вторичном уровне. Новаторские и творческие аспекты созидания – это сфера исключительно «старшего партнерства», хотя и здесь наша роль ограничена продолжением деяний Б-га. Ведь именно Он сотворил мир, мы же только развиваем то, что Он создал.
Более высокий уровень партнерства предполагает наше участие в созданном Б-гом мире на уровне «говорения» – мы используем данную нам возможность созидать. Это происходит, когда мы совершенствуем реальность, передавая наш опыт другим людям. Когда «высказываем» миры в бытие, как это сделал Б-г. На этом уровне мы с Ним являемся партнерами не только потому, что мы, как и Он, вносим свой вклад, – здесь и мы, и Он являемся созидателями.
Этот уровень партнерства, называемый в Талмуде «трудом рта», состоит из двух элементов: «труда говорения» и «труда Торы».
Десять речений Б-га при сотворении мира созвучны Десяти заповедям, которые Б-г огласил на горе Синай. Десять речений – это «код источника» естественного мира, а Десять заповедей – суть высшей реальности, реальности Торы. Тора предлагает Б-жественное видение реальности, которое замещает естественную реальность: речь идет о реальности подлинного добра и совершенства, о реальности, которая в полной мере реализует Б-жественную волю.
Десять речений проистекают из Десяти заповедей, потому что естественный мир, созданный как среда, где будет воплощаться в жизнь Тора, черпает свою суть именно из Торы. При этом десять речений – это более упрощенное и огрубленное выражение Б-жественной воли. Зогар даже определяет их как «мирские слова» по отношению к
Б-жественным словам Десяти заповедей, потому что, если можно так выразиться, не Б-гово дело высказывать мир в бытие, равно как «не царское дело вести мирские разговоры» (Зогар, ч. 111, 149б).
Таким образом, Талмуд проводит грань между двумя сферами деятельности человека: «трудом говорения», то есть нашими творческими усилиями в контексте естественного мира («говорение» есть отсылка к десяти речениям), и «трудом Торы» – усилиями, направленными на достижение более высокой, сверхъестественной реальности, для чего в нашей каждодневной жизни воплощается Б-жественная воля в соответствии с Десятью заповедями Торы.
Б-г в деталях
В то же время Мидраш утверждает: «Речи слуг отцов более желательны, чем Тора детей».
В 24-й главе Хайей Соро Тора пересказывает историю путешествия слуги Авраама, Элиэзера, в Месопотамию, чтобы найти невесту для сына Авраама, Ицхака. Мы читаем, как Авраам посылает Элиэзера в путь, наставляя выбрать невесту из семьи брата Авраама, Нахора. Элиэзер прибывает в Месопотамию и молится Б-гу, просит направить его в поисках достойной невесты для сына господина. Он придумывает знак: если он попросит девушку дать ему воды, а та предложит напоить и его верблюдов, то это и будет невеста Ицхака. Появилась Ривка и поступила именно так. И когда Элиэзер спросил, из чьей она семьи, оказалось, она внучка Нахора. Слуга поблагодарил Б-га за то, что «вел меня Б-г в дом родных господина моего» (24:27).
Элиэзера пригласили в дом, где жила семья Ривки. Тут мы во второй раз читаем подробное изложение событий того дня – словами Элиэзера, который пересказывает события семье Ривки. Смысл рассказа опять-таки заключается в том, чтобы показать роль Б-жественного провидения в делах человека. «От Б-га произошло дело это, – отвечали Лаван и Бетуэль, отец и брат Ривки, – мы же не можем говорить тебе ни худа, ни добра» (24:50).
Эта длинная 24-я глава (67 стихов) оживленно обсуждается мудрецами. Тора не просто дает чрезвычайно подробное описание, что необычно само по себе, но повторяет его дважды почти слово в слово. И это в книге столь лаконичной, что благодаря одному лишнему слову или даже букве возникают целые законы! Отсюда вывод: Тора предпочитает речи слуг наших предков тонкостям законов Торы, обращенных к потомкам для изучения.
История Элиэзера – классический пример «труда говорения». Именно с помощью этого «труда» мы применяем наши творческие навыки и навыки общения для того, чтобы создавать мир в партнерстве с Б-гом. Некие события происходят в месопотамском городке возле колодца, в результате некая женщина выходит замуж за некоего мужчину. Это совершенно естественные события, их соединяет воедино то, что принято называть «совпадением». Однако Элиэзер преобразует эти события в связное и осмысленное изложение – в «говорение». Элиэзер рассказывает, как он молился Б-гу, прося о помощи, как выражал веру, что предстоящие события – суть деяния Б-га, а не слепая игра судьбы. Он просил знамения и получил его. Затем он пересказывает историю Бетуэлю и Лавану, сообщая о происшедшем и убеждая, что «от Б-га произошло дело это». То, что Элиэзер испытал и рассказал, есть элемент естественного мира, определенный как деяние Б-га, как выражение участия Создателя в жизни сотворенного им мира.
В конечном счете изучение и воплощение в жизнь законов Торы стоит в иерархии «трудов» выше, чем поиски Б-га внутри сотворенного мира. Через «труд говорения» можно соотнестись с Б-гом только на уровне десяти речений, тогда как через Тору можно подняться над естественной реальностью и осуществить партнерство с Б-гом, которое выходит за пределы «мирского говорения». И все-таки в «труде говорения» есть нечто такое, благодаря чему история Элиэзера становится более предпочтительной, нежели «Тора детей». Б-г испытывает особое удовольствие, когда вступает с нами в партнерские отношения в ходе наших каждодневных дел, когда снисходит до самых бытовых подробностей при пересказе событий из нашей жизни.
Основано на послании Любавичеческого Ребе