Построение Талмуда
Всегда, когда речь заходит о теме Талмуда, приходишь в замешательство - с чего начать? С начала, с истории - поведать, как формировался Талмуд со времён Откровения на горе Синай и до наших дней. Но, может быть, всё-таки прежде поведать о мудрецах Талмуда, чья праведность и мудрость снискала любовь и уважение не только у евреев, но и у соседних народов. Нередко, именно к ним обращались за помощью и советом "сильные мира сего". А, может быть, приступить к рассказу о Талмуде с перечислением тех знаний, что содержатся среди подробных толкований закона? Это и математика, и физика, и астрономия, и биология и т. д.
А может быть, просто, привести для наглядности отрывок из Талмуда? Судите сами.
Ниже приводится текст Мишны из трактата Маккот с последующим кратким объяснением из Талмуда (Маккот, За).
Мишна: "Мы свидетельствуем, что такой-то человек развелся с женой и не заплатил ей ктубу . Но ведь сегодня или завтра он ей выплатит ктубу. Мы высчитываем, какую сумму можно заплатить за ее ктубу в случае вдовства или развода, в то время как в случае ее смерти муж унаследует ее имущество".
Гемара: "Как мы высчитываем? Рав Хисда говорит: "по мужу". Рав Натан бар Ушия говорит: "по жене". Рав Папа говорит: "по жене и по ктубе".
Как можно заметить, стиль Мишны чрезвычайно ёмкий, и для того, чтобы разъяснить скрытый там смысл, мы приведем здесь перевод комментария Раши (Рабби Шломо Ицхаки комментатора XII века) к этой Мишне:
РАЗВЕЛСЯ СО СВОЕЙ ЖЕНОЙ
- Предстали перед нами двое, видевших его в такой-то день разводящимся, тогда как он говорит, что с женой не разводился и по ктубе ей не должен. Затем оказывается, что эти двое солгали, поскольку существуют два других свидетеля, которые сказали о человеке "Ты был с нами в другом месте в тот день", о котором первые утверждали, что тогда человек развелся с женой.
СЕГОДНЯ ИЛИ ЗАВТРА ОН ЕЙ ВЫПЛАТИТ КТУБУ
- подразумевается сумма, которую следует уплатить. Если сказать, что всю ктубу, то разве нельзя предположить, что муж умрет или разведется сегодня или завтра и заплатит ей ее ктубу. Таким образом, окажется, что лжесвидетели не принесли ему никакого урона.
МЫ ВЫСЧИТЫВАЕМ, СКОЛЬКО МОЖНО ЗАПЛАТИТЬ
- учитывая неясность. Ибо, если она станет вдовой или разведенной, покупатель ктубы (имеется в виду "условный покупатель", который как бы устанавливает реальную стоимость ктубы) получит по ктубе, но если она умирает раньше мужа, то ее муж наследует ее имущество, а покупатель свои деньги потеряет. Талмуд подробно описывает, какую сумму судья должен затребовать с лжесвидетелей".
Посмотрите также необходимые разъяснения терминов и понятий, схему строения текста в Талмуде.
Поистине удивительно, что более семнадцати веков назад, во времена, когда само понятие неопределенности было абсолютно неизвестно, Мишна предложила такой метод оценки "ожидания жены", который мог бы получить полное одобрение любого современного специалиста в области теории решений, а именно - метод, учитывающий влияние рынка.
Так вот, после этого небольшого отступления перейдем непосредственно к теме нашего разговора: Талмуду.
Начнем с того, что Талмуд - это не одна книга, а две, объединенные вместе; они носят названия "Мишна" и "Гемара", и в них изложен еврейский Закон. Мишна - это систематизированный свод высказываний и судебных решений еврейских мудрецов- их называли таннаим (учителя) - на протяжении четырех сотен лет. В основе всех этих высказываний и решений - Устная традиция, полученная Моше (Моисеем) на горе Синай одновременно с Письменной Торой - Пятикнижием. Период эпохи таннаим, продолжался примерно четыреста лет: двести лет до новой эры и потом еще двести лет новой эры. Мишну (что значит "повторение") записал примерно в 200 году рабби Иеhуда hанаси, известный мудрец и законоучитель.
В течение нескольких следующих веков вторая группа мудрецов - амораим ("толкователи") - изучала Мишну, обсуждая ее строчку за строчкой; споры кипели в ученых собраниях, на площадях и в домах, - и так поколение за поколением. Таким-то образом и создавался Талмуд. За четырьмя или пятью фразами Мишны, в которых выражена суть закона, следует страница - а то и двадцать страниц - комментариев, скрупулезного законоведческого анализа на иврите и на арамейском языке; этот анализ нередко перерастает в притчи, молитвы, исторические ссылки, научные рассуждения или застольные шутки. Это и есть Гемара (что значит "завершение").
Год за годом амораим дискутировали друг с другом, содержание споров передавалось из поколения в поколение, толкования наслаивались одно на другое и разрастались как снежный ком, с каждым следующим десятилетием, налагая новое бремя на память знатоков Талмуда. Наконец, запомнить все это для большинства людей стало так же невозможно, как сейчас невозможно запомнить Британскую энциклопедию. В это время рушилась Римская империя, Средиземноморье раздирали войны, связи между евреями, жившими в разных краях, ослабли и грозили совсем прерваться, а это означало бы конец существования народа, изгнанного и разбросанного по свету. И тогда двое из последних толкователей Талмуда - Рав Аши и Равина - приняли вынужденное решение наперекор установленной традиции, согласно которой Устная традиция была неписаным сводом познаний. Они старательно записали все, что было известно им из трехвековых еврейских дебатов по поводу Танаха и по поводу Мишны. Таким образом, они оформили тот самый Талмуд.
И сейчас, когда после долгих веков нашей истории у нас накопилась богатейшая правоведческая литература, уже нет сомнений, что основой ее законодательных принципов остаются Мишна и Гемара - подобно тому, как первоосновы веры запечатлены в Танахе.
В Талмуде запечатлены эмоциональные доводы и холодная логика спорщиков - умных и толковых людей, обсуждающих животрепещущие проблемы. То и дело в нем встречаются то яркие воспоминания путешественников, то рассуждения ученых и мудрецов, то описания парадоксальных судебных дел, то смешные происшествия, то притчи, рассказываемые законотворцами в минуты отдыха от научных диспутов. И хотя все это вместе кажется хаотическим и несистематизированным, сама книга получилась чрезвычайно емкой. Каждое ее слово тщательно взвешивалось из поколения в поколение.
Хотя Талмуд запечатлел итоги многовековой аналитической работы, сложился обычай ссылаться на него, как если бы он был написан сегодня: "Абае говорит... Рава говорит..." В этом обычае выражено убеждение, что Талмуд - не просто свод мнений древних мудрецов и что судить о нем, как о памятнике далекого прошлого, неверно. Иными словами - для создателей Талмуда время было не потоком, бесследно стирающим прошлое, но цельным и растущим организмом, в котором настоящее и будущее неразрывно связаны с никогда не умирающим прошедшим. В этом процессе роста одни элементы уже застыли в устойчивой форме, тогда как другие, сиюминутные, пока еще пластичны и изменчивы. Но процесс как таковой возможен только потому, что каждый, даже самый древний, казалось бы, застывший элемент, сохраняет жизненную активность и играет свою роль в общем труде созидания.
В определенном смысле весь Талмуд построен как вопросы и ответы, и даже там, где вопрос не поставлен прямо, он составляет скрытый фон любого утверждения. Любой вопрос разрешен и желателен, и чем больше вопросов, тем лучше. Сомневаться не только разрешается, но считается необходимым. На этом построен сам Талмуд, на этом же построено и его изучение. Едва лишь усвоены некие основы, а от ученика уж ждут, что он начнет задавать вопросы и обнаруживать сомнения. Талмуд, возможно, единственная священная книга во всей мировой культуре, которая разрешает и даже призывает сомневаться в любом своем утверждении.
Но эта особенность означает также, что Талмуд нельзя познать извне. Подлинное понимание его может быть достигнуто только через духовное слияние с текстом, эмоциональное и интеллектуальное вовлечение в его обсуждение, через превращение, в определенном смысле, в одного из его создателей.