50 тысяч Анн Франк
Последняя книга Марии Дории Рассел посвящена судьбе итальянских евреев в годы Второй мировой войны. Тема, мягко говоря, не совсем обычная для американской писательницы, первые романы которой — «Воробей» («The Sparrow») и «Дети Б-га» («Children of God») — повествуют о контактах землян с инопланетными формами жизни. Новая книга Рассел «Линия милости» («A Thread of Grace») — о том, как в конце Второй мировой войны итальянцы спасали евреев от нацистов. Сама писательница, впрочем, почему-то считает свое творение историей «о еврейском подполье в окрестностях Генуи в дни нацистской оккупации Италии». Несмотря на свои итальянские корни Рассел не скрывает, что, задумывая этот роман, очень плохо знала новейшую итальянскую историю. Прежде чем взяться за перо ей потребовалось целых семь лет на изучение темы.
Сама же идея пришла к ней после знакомства с книгой «Доброжелательность и предательство: Пять итальянских еврейских семей при фашизме» («Benevolence and Betrayal: Five Italian Jewish Families Under Fascism»). «Моей первой реакцией было удивление, — признается Рассел. — Я и не знала, что там были итальянские евреи, и думала, что я была единственной».
С такими познаниями и впрямь можно было поразиться тому, что годы Второй мировой войны в Италии выжило 43 тысячи из 50 тысяч евреев. По словам Рассел, в оккупированной нацистами Европе такой высокий процент уцелевших евреев был явлением почти невиданным. К тому же, во время войны в Италии, спасаясь от гонений и гибели, осели тысячи евреев из других стран. «Чтобы понять, как евреи выживали в Италии, надо представить себе пятьдесят тысяч Анн Франк, прячущихся в квартирах, домах, сараях, семинариях и монастырях не нескольку дней, недель или месяцев в течение почти двух лет чудовищной оккупации, — рассказывает Рассел. — Немцы предлагали огромные денежные вознаграждения за евреев и устраивали публичные казни пойманных на их укрывательстве, надеясь, что это заставит крестьян изгнать евреев. Но ни взятки, ни запугивания не сработали».
Материал подготовил Станислав Шустерман